Назад к списку статей

Болгери Адриатики

7 Апреля 2014
Хозяйство «Умани Ронки» из Марке расширилось в Абруццо, но вердиккьо почитает, конечно, больше модного пекорино. Два этих региона – уверенные поставщики трендов по итальянским винам на десятилетия вперед.

  Лучше всего про Марке написали когда-то в NY Times, точно передав суть одним лишь заголовком — Best keep secret of Italy. Как ни гляди на голенище итальянского сапога на карте, взгляд невольно соскакивает на знакомые, хотя бы и понаслышке, города, а воображение совершенно не провидит в "Pesaro" или "Conero" шелковистости пологих пляжей, крутых холмов в зелени и спокойной зелено-синей воды Адриатики.

  С винами Марке та же история — простой покупатель, бродящий между стеллажами винного магазина, обходит полку с этим регионом стороной, стремясь скорей в знакомую Тоскану. Сам того не зная, он оставляет за спиной превосходное вердиккьо, одно из лучших белых DOC и DOCG Италии, не говоря уж об одном конкретном красном, признанном некоторыми гидами лучшим вином в мире

  Вердиккьо еще в середине прошлого века оставалось простецким белым на каждый день, отрадой для крестьянина и работяги. С тех пор как король визиготов Аларих, направляясь грабить Рим в 410 году, прихватил с собой из этих земель сорок мулов, груженых бочонками с местным вином (дабы грабилось веселей и отчаянней), оно не особо изменилось — даже форма бутылок долго оставалась прежней, отчетливо напоминающей старинные амфоры. К счастью, эту автохтонную «спящую красавицу» начали будить задолго до моды на исконные лозы — в середине пятидесятых некий синьор Умани Ронки, думая, что же делать со свежекупленной землей, решил высадить на ней виноградники. И это случайное решение (а мог бы и пшеницей засадить) через полвека вытащило целый регион на совершенно новый винный уровень.

  Сейчас Umani Ronchi — это самые крупные и самые успешные виноделы в Марке. За этикеткой со звездой и линейкой из двадцати наименований стоят четыре человека — энолог Джакомо Маттиоли, агроном Луиджи Пьерсанти, коммерсант Джорджио Пазанизи и, конечно же, сам владелец — Микеле Бернетти, недавно сменивший отца Массимо на должности управляющего.


  Микеле Бернетти:

  Наша винодельня родом из Купрамонтаны, маленького городка в Марке. Первоначальный владелец, Джино Умани Ронки хозяйствовал на 15 гa виноградников в зоне вердиккьо и несколько лет спустя после покупки начал искать партнера. Так в Umani Ronchi появляются сначала мой дед по материнской линии, Роберто Бьянки, а позже — отец, Массимо, который только женился и начал работать с тестем. Когда в шестидесятых Джино Умани Ронки решил оставить виноделие и переехать в Рим, семья выкупила его долю, став единственными владельцами, и присоединила к уже имеющимся собственные виноградники в зоне Россо Конеро. Тогда же мы решили оставить имя Umani Ronchi — из-за узнаваемости бренда

  Удивительно, что мой отец вообще не собирался заниматься виноделием — он учился на дипломата. Возможно, именно благодаря дипломатической хватке, когда речь зашла о вине, он быстрее всех оценил важность внешних рынков — и это в те времена, когда большая часть виноделов концентрировалась исключительно на локальной продаже. Отец не очень хорошо говорил по-английски, он учил другие языки, но ему удалось и найти импортеров в США, Канаде, Японии, и сработаться с ними. А дальше все просто — в 1991 году я начал работать с отцом, занимаясь коммерческой частью, со временем он полностью передал мне управление.

  Я всему выучился на виноградниках. Всегда знал, что буду виноделом и только один раз попытался перехитрить судьбу: получил диплом коммерческого советника, помечтал о карьере финансового консультанта и уехал в Лондон подтягивать английский. Подтягивал я его, работая с нашими же импортерами. И за эти три месяца вдруг окончательно понял, что хочу делать вино. Дальше все было просто и естественно.

«Боттайя» построена в 2000 году. Внутри всегда 16-18˚С, влажность 85-90%.  Когда мы работали с Джакомо Такисом, он, конечно же, задал направление для определенных вин. Было очень познавательно делать вино с человеком, у которого за плечами опыт громких имен — «Солайя», «Сассикайя» и прочие. Благодаря ему мы прошли отличную школу работы с бочками. Потом, увы, Джакомо из-за возраста и самочувствия стало слишком сложно ездить через полстраны, и мы чуть ли не во время сбора урожая, остались без энолога-консультанта. Как раз в то же время я познакомился с Джузеппе Кавиолой, который тогда был одним из самых молодых энологов Италии. Он пришел к нам работать и это превратилось в отличное сотрудничество, потому что он принес с собой не только очень свежий взгляд на вино, но и фокализацию на крю. Недаром в итальянском есть пословица — «Если вдруг закроется дверь, то откроются целые ворота».

  У нас есть четкое видение наших вин, есть амбиции и желание работать. У нас очень широкая линейка, от вердиккьо до лакрима ди морро, которая формировалась 30 лет, у многих вин в ней — долгая и славная история. Не каждый винодел может этим похвастаться. В обоих регионах, где у нас виноградники, 95% приходится на автохтонные сорта, из интернационального мы выращиваем немного мерло для Pelago и шардоне для Le Busche, еще есть немного пти вердо и совиньона, но это все равно не более 5% от общей площади. Это та пропорция, которая нам нравится, на ней мы строим свои вина. Я почти уверен, что в следующие годы мы ее не изменим и она останется прежней.

  С вердиккьо мы много работали, чтобы выяснить, какой именно виноградник лучше прочих. Во времена моего отца виноград все еще смешивали, мы же сейчас делаем крю и хотим дальше двигаться в этом направлении, не увеличивая больше площадь, а обновляя уже имеющееся. Например, у вердиккьо есть всего три-четыре клона, мы изучили и подобрали их в наилучшей пропорции. Наши топовые белые прекрасно выглядят через 5–7 лет и изумляют тех, кто с ними не знаком.

  Если в Umani Ronchi придет человек, который ничего не знает о винах Марке, мы, конечно же предложим ему вердиккьо ризерва. Это вино с ярким характером прекрасно отражает регион и у него отличное сочетание цены и качества. Из красных это будет San Lorenzo, прекрасно отражающее суть чистого монтепульчано. А если объяснять, что такое россо конеро, — то это красное, на которое сильно влияет близость к морю. Можно даже назвать его «морским красным». Например, оно напоминает вина Болгери, где присутствуют та же яркость света и морской бриз, придающие вину элегантность. Поэтому если отталкиваться от монтепульчано, у которого всегда хорошая структура и интенсивный цвет, то россо конеро — его элегантный вариант, более душистый, фруктовый, немного бальзамический, менее структурированный, с хорошей кислотностью.

Лозы вердиккьо на винограднике Villa Bianchi


  Луиджи Пьерсанти:

  Нам нравится думать о себе, что мы — виноделы Адриатики. Ведь мы охватываем большую часть побережья, у нас есть и Марке, и Абруццо. Последний регион сейчас на слуху, его монтепульчано и пекорино входят в моду у публики, особенно в Риме и Милане. О пекорино вообще вспомнили только лет пять назад. Да, это приятная лоза для выращивания, интересное вино, ради всего святого, но почему — не вердиккьо? Все, кто с ним работают (и я в том числе), делают отличные вина, признанные профессионалами и специализированными гидами, а в моду вдруг входит пекорино. Это почти несправедливо. Я так привязан к вердиккьо, потому что в прямом смысле слова родился в доме посреди виноградника. И я страдаю, что все техники и энологи с мировым именем знают нас и наши вина, но они не так любимы, как хотелось бы. Я всё спрашиваю себя — наступит ли момент, когда вердиккьо войдет в моду?

  Я пришел в Umani Ronchi совсем молодым, в 1993 году и с удивлением обнаружил хороший контракт и полную ставку, ведь двадцать лет назад в Италии практически никто не инвестировал в персонал. С тех пор 100 га виноградников превратились в 215 га, при этом объем производства существенно не увеличился. Мы со спокойным сердцем можем сказать, что делаем вина только из собственного винограда и никогда ни у кого ничего не покупаем. Более того, будучи самым большим частным винодельческим предприятием в Марке, мы отчасти диктуем политику всему региону.

  Да, забавная деталь. В Марке мы не высаживаем розы на виноградниках — мы высаживаем артишоки. Красивое растение и к тому же съедобное. А для защиты от вредителей существуют гормональные ловушки.

Адриатическое побережье недалеко от Анконы


  Джорджо Пазанизи:

  Нашим первым большим рынком стала, как ни странно, Япония. Лет двадцать назад мы нашли отличного импортера и сейчас там продаются все наши вина, от самых простых до топового Plenio. Следом за ней появилась Швеция, где у нас практически монополия на монтепульчано, вердиккьо и россо конеро. А потом появились Канада и США, Германия, Англия, и вот сейчас ощутимо растет рынок в России, где уже есть наш Pelago, который в 1994-м сделали Такис с Бернетти. Это бленд монтепульчано и каберне совиньона (45% каждого плюс 10% мерло), IGT. Первый же урожай выиграл на лондонском International Wine Challenge из семи тысяч этикеток премию «Лучшее вино мира».

  На этикетке у Umani Ronchi — взлетающая звезда. похожая на ту, которой украшают рождественские елки. Из тех, что заманивают волхвов и путников посмотреть, что же такое там произошло. Какой из секретов, возможно, уже открыли.


Назад к списку статей
-15%
красное
полусухое
Италия
тихое
990 р 842 Р
белое
полусухое
Италия
тихое
990 Р
белое
полусухое
Италия
тихое
990 Р
красное
полусухое
Италия
тихое
1 740 Р
Plenio, 0.75, 2013г. Артикул: 100022
WS 90
белое
сухое
Италия
тихое
2 490 Р